гл.страница легенды мистика старая Прага дома, улицы выставки контакты

Песнопения в капелле св. Вацлава
Легенды Старой Праги

Прага. Капелла св.Вацлава в Пражском граде. Фото Галины Пунтусовой
По старому обычаю в Праге перед Рождеством проходили старочешские песнопения. Это всегда было прославлением чешской речи, поэтому весь народ, независимо от веры, собирался на песнопения как на большой праздник. Пришло, однако, время, когда чешская речь стала подвергаться пренебрежению и угнетению, а старочешское пение было забыто. Только в конце XVIII века архиепископ пражский Вацлав Леопольд Хлумчанский страстно старался воскресить давний обычай.

И хотя праведный Вацлав Леопольд был настойчивым человеком, его усилия не увенчались успехом: у кого одежда была побогаче, те ходили к немецким проповедникам, в святовацлавской же капелле печально присутствовали при песнопениях едва двадцать седовласых старушек и старичков, которые помнили лучшие времена.

Снова наступила первая неделя рождественского поста, и Хлумчанский цепенел от беспокойства, придет ли в этот раз хотя бы та горстка самых преданных. Его друг переплетчик напрасно его успокаивал, напрасно уверял, что обошел всех своих знакомых, которым переплетал книги, и умолял их прийти. Старик на каждом шагу видел, как чешская речь отступает все больше и больше, и беспокойно ожидал, когда его патриотические усилия дойдут до полного разочарования.

Так пришло первое воскресенье поста. Часы на башне св. Вита пробили пять часов утра, и тут же немедленно зазвонил колокол, приглашая на первые пения. Вацлав Леопольд Хлумчанский вошел в храм и печально вздохнул. Масляные лампы горели слабым неподвижным светом и бросали на каменный пол длинные черные тени. Скамейки зияли пустотой, везде было тихо, и только колокол высоко на башне звонил и звонил, будто хотел разбудить спящих и обратиться к их совести.

Хлумчанский направился к капелле св. Вацлава и вошел в нее, с поникшей головой. Сделал два шага и остановился. В отблесках света полированные драгоценные камни блестели, как зеркала, но Хлумчанский их не видел. Его внимание привлекало другое: капелла была полным-полна. Люди почтительно расступились, чтобы дать ему пройти, а старику казалось, что это ему снится. Сердце его замирало от умиления, и вот уже послышалась прелюдия на органе, а под сводом капеллы зазвучало величавое пение мужских и женских голосов. У Хлумчанского набежали слезы на глаза. Когда он проходил в расступившейся толпе, большинство лиц ему было знакомо, но он никак не мог вспомнить, где их видел.

В толпе самых преданных он заметил простенькие платочки слуг и лица батраков, морщинистые от возраста и хлопот. Были тут мелкие ремесленники из бургграфства, широкоплечие парни и седовласые старцы, простые люди из улочек Малой Страны и Нового Света. Хлумчанский с удивлением заметил, что между ними есть лица, которые он хорошо знал: бок о бок с самыми бедными стояли все те, которые были когда-то давно похоронены в криптах костела св. Вита, патриоты и будители, богатыри и святые, мужчины с горностаевыми воротниками и в сияющем церковном облачении, с длинными усами и безусые, женщины в королевских шелках и с диадемами в волосах: те, которые встали из своих могил, чтобы подать пример живым. Стояли, не шевелясь, смотрели прямо в лицо Хлумчанскому, и из их плотной толпы раздавалось пение, слова которого старик так хорошо знал.

Когда на следующий день он со своим другом переплетчиком и слугою вошел в храм, не мог избавиться от чувства, что ему все приснилось. Но едва они дошли до холодного камня, который закрывал вход в королевскую гробницу, оба внезапно остановились. Камень над криптой пересекала широкая трещина, и они поняли, что та встреча в переполненной капелле не была всего лишь иллюзией.

© Перевод Галины Пунтусовой. Перепечатка без ссылки на сайт www.prahafx.ru запрещена


гл.страница легенды мистика старая Прага дома, улицы выставки контакты