гл.страница легенды мистика старая Прага дома, улицы выставки контакты

Водяной под Вышеградской скалой
Легенды Старой Праги

Прага. Водяной пан Пивода под Вышеградской скалой. Фото Карела Лойки и Индржиха Чеха Вспомним о наших милых пражских водяных. Милых, потому что нам мило все, что является частью этого красивого города, стоящего на реке Влтава. Река красива, и когда ее поверхность, неподвижно тиха, как из олова, или как разлитый мед, или когда ветерком расчесана в ровные ряды небольших волн, или когда взбешена ветром в ломаные кривые волны, и когда мерцает золотыми отражениями, или когда будто обернута шелком с намеком на туман, или когда вечером величественно ложится в лиловые облака, и из нее светят тысячи плывущих лун. К ее красоте относится все, что есть на ней, что ее коснулось: зеленые острова, каменные набережные, мосты, лодки, плотины, сваи, на которых сидят чайки. Самые величественные - отражения на ее поверхности: арки мостов, Градчаны, которые в ней повторяют свою красоту.

К красоте Влтавы относятся и рыбаки на лодках, и водяные внизу, под водой. Согласно сведениям клуба «За старую Прагу», который записал и пронумеровал каждый ее камень, в пражском течении Влтавы жили три водяных. Один - под Вышеградской скалой, второй - на Кампе, а третий - На Франтишку. Не хочу этим сказать, что кроме них здесь не было никаких других, ведь известно, что каждая лужица прокормит своего водяного. Однако они не были старожилами, большинство из них бродяги, непоседы, а в Праге, поверьте мне, должно долго сидеть на одном месте все, даже мэр, пока людям они интересны. О тех трех водяных знают и рассказывают много, потому что они здесь с незапамятных времен.

Водяного, который жил под Вышеградской скалой, звали просто - пан Пивода.
В то время каждое летнее воскресенье семьи из города отправлялись на отдых в селения Подоли и Браник за Вышеградом. Папаши потом пили пиво в какой-нибудь прибрежной пивной, детям разрешали бродить по воде, но тогда мало кто из городских детей умел плавать. Если же какой-либо ребенок забывался и заходил слишком далеко, то временами у пана Пиводы была работа. Непослушный мальчик тонул, пан Пивода вылавливал его душечку и помещал ее в горшочек в своем подводном доме. Он хранил души утопленников в необычных старинных горшочках, которые он бережно собирал, как музейные реликвии.

Прага. Пивная На Витони Свою работу пан Пивода выполнял добросовестно, и касалась она только людей и детей Праги, потому что подскальские и подольские чувствовали себя как рыба в воде.

Он любил людей, любил с ними побеседовать, поиграть в карты, попить пивка. Также пан Пивода иногда вечером отправлялся из воды в пивную «На Витони» (Na Vytoni), где играл в карты и беседовал с соседями на равных. Иногда ходил в Подоли за скалой, часто в пивную «На долейши» (Na dolejsi), где жители Подоли играли в кужелку, иногда в другие пивные - главное, чтобы там подавали свежее пиво. Везде у владельцев пивных для него была приготовлена ванночка с водой, в которую он опускал ноги. Дело в том, что водяной не может долго выдержать на суше, он должен увлажняться снаружи и изнутри, иначе безводье его жжет, как огонь.

Вам, очевидно, интересно, а как относились водяные к женщинам? – Большинство из них - старые холостяки, а если и1 отваживались жениться, то на человеческих невестах. У таких смельчаков даже были дети. Сыновьям завещали они свой водный промысел, а вод с дочками…
Тут уж другая история. Послушайте!

* * *

Однажды, много лет назад, в Праге было страшное наводнение. Вода во Влтаве резко поднималась, и разлившаяся река несла Праге то, что собрала в своем верхнем течении: поверженные деревья с корнями и кроной, снесенные крыши домов, кучи сена, пни и клады, мосты, повозки, столы, скамейки, перевернутые лодки, целые плоты и сторожки. Все неслось в потоках мутной воды, кружилось в водоворотах, погружалось в воду и снова выныривало из волн, сталкивалось одно с другим, покачивалось, ломалось и трещало.

На берегу стояло много любопытных людей, смотрели на этот разгром с ужасом, но еще больший ужас охватил всех, когда заметили, что среди этих мечущихся обломков плывет нечто, похожее на колыбель, какое-то выдолбленное из куска дерева корытце, а в нем спит малое дитя. Бедняжка, в такой скорлупке! Минуты, и от маленького суденышка не останется и щепки!

Первым, конечно, заметил утлое судно пан Пивода и после нескольких движений под водой оказался у него. Другой бы водяной, воспользовавшись трагедией, отнес бы прекрасную детскую душечку в свой самый красивый горшочек. Но пан Пивода, вопреки всем ожиданиям, начал под водой подталкивать корытце вместо омута к Шитковской насыпи. Он аккуратно направлял его к берегу.

Зрители на берегу пана Пиводу не увидели, а только плывущее к ним дитя. Самый отважный вошел в воду по пояс, потом по плечи, пока не захватил корытце с ребенком и не вытащил его на берег. «Красивая девочка!», - воскликнули все, когда отважный человек поднял ее из корытца. Этого мужественного человека звали пан Пршигода. Был он торговцем мяса и имел свою лавку.

Никто не заявил о пропаже девочки, и она осталась и росла в семье пана Пршигоды. Едва научившись ходить, она шла к насыпи и играла у воды, бродила по ней, строила из грязи дамбы, как и все дети, которые растут около воды. Позже девочка хорошо плавала, умела обращаться с веслом и багром, а если бы не была дочкой мясника, то можно было бы подумать, что она дочь сплавщика. Пану Пршигоде за его добрый поступок, что этого ребенка выловил и воспитал, пришла удача. Он разбогател и купил дом. Приплывшая девочка выросла, уже не бродила по воде, а прохаживалась по берегу, часто с паном Йозефом - подмастерьем пана Пршигоды. Пан Пршигода не возражал против их женитьбы, даже организовал зятю магазин наверху, на Королевских Виноградниках (Kralovske Vinohrady), где на холмах и равнинах начало строиться новое пражское предместье. Но там молодожены прожили недолго, пани начала стонать и слабеть. Ее смотрели доктора, доценты, профессора, разные знахарки и травницы, но никто не мог определить, какой недуг ее мучает. Лечение не помогало, пан Пршигода везде говорил, что отдал бы за выздоровление своей воспитанницы даже половину своего углового дома. Казалось, что горе и печаль надолго поселились в их доме.

Пока однажды в страшный ливень в магазин пана Йозефа не вошел покупатель в зеленом плаще, который называется макинтош. Незнакомец с участием спросил, почему такой грустный хозяин мясной лавки. А когда выслушал печальный рассказ, посоветовал спешно переехать из Виноград ближе к Влтаве. И уверил, что у реки девушка быстро выздоровеет.

На пана Йозефа так подействовал совет его покупателя, что он долго не размышлял и переехал на побережье Подоли. Его пани быстро поправилась, и через год у них родилась красивая дочка, которую уже знал я сам. Она отличилась тем, что дважды занимала первое место в женских соревнованиях по плаванию.

Вы уже поняли суть рассказа? Еще спустя годы старый пан Йозеф вспоминал, что странным в том незнакомце в макинтоше был его совершенно сухой зеленый плащ, не смотря на то, что на улице был ливень. Если все сопоставить, то получается так: где-то в верховьях Влтавы, где водяные не совсем опытные, у кого-то из них родилась дочка. Т.к. у водников нет работы для дочерей, он хотел ее вернуть людям, к которым она была близка по матери. Пустил ее в корытце по воде, чтобы какая-нибудь добрая душа о ней позаботилась. На пути вниз по Влтаве ее захватило наводнение. Пан Пивода с первого взгляда понял, что это ребенок водяного, поэтому уберег его от воды. Поэтому и отправился в дальний путь от своего Вышеграда, когда услышал в пивной, что воспитанница Пршигоды чахнет на Виноградах, потому что тоскует по воде, к которой принадлежала второй половиной своей сущности.

Из истории видно, что пан Пивода был добрым человеком, точнее, водяным, и что по праву заслужил уважение всех людей, живущих по обе стороны священной вышеградской скалы. Однажды, в кризисный момент его жизни, когда даже самому себе он казался лишним, ему предложили должность капитана парохода, понимая, что с такой ответственной ролью он отлично справится.

С тех пор пан Пивода перевозит пассажиров и доныне. В летнее воскресенье можете его увидеть вблизи. А души утопленников он из горшочков выпустил на волю. Разноцветными пузырьками поднялись они над рекой, засияли всеми цветами радуги и растаяли высоко в небе. А пан Пивода советует всем: « У воды нужно жить, у воды…»

© Перевод Галины Пунтусовой. Перепечатка без ссылки на сайт www.prahafx.ru запрещена


гл.страница легенды мистика старая Прага дома, улицы выставки контакты